Город-герой Кемерово: трагедия «Зимней вишни» вынудила власть услышать свой народ
02.04.2018 г.
Пожар, изменивший сознание
Кемеровчане, вы крутые. Потому что вы не молчали, не испугались ни разу. Сначала не испугались на пожаре, когда в горящем ТЦ на коленях умоляли пожарных пропустить к детям. Вас не пустили. Потому что вы бы точно погибли. И сейчас вы обвиняете спасателей в том, что они сохранили вам жизнь. Жизнь, которая стала для вас адом.
Город-герой Кемерово: трагедия Город-герой Кемерово: трагедия. Фото: ru.wikipedia.org  Панорама города Кемерово.

Вы не испугались выйти на площадь. Я хорошо помню тот день. Сбор был запланирован на 9.00. Я пришла вовремя. Площадь была в оцеплении. А людей практически не было. Кто-то из тех первых прибывших тогда допустил мысль: «Постоим, потопчемся, как бараны, и разойдемся». А через час площадь скандировала: «В отставку! Правду! Вранье!» В тот день было очень холодно. Через два часа у меня свело ноги. А вы стояли там шесть часов. В тоненьких курточках и кроссовках. И никто не ушел. Потому что вы крутые.
Там, перед зданием администрации, вы не испугались назвать вещи своими именами. Назвать мэра «вором», а заместителя Тулеева — «преступником». Да что там — губернатора не пожалели. И они испугались вас. Власть спасовала перед народом. Замгубернатора стоял на коленях. Жаль, не сдержался от дурацкого комментария: «В России принято просить прощения на коленях».
Позже и мэр сдался, удовлетворил ваши требования. Это был несанкционированный митинг, который так легко могли разогнать. Но я знаю, вас бы не тронули. Полицейские мне потом шепнули: «Мы и не собирались применять силу, даже если бы поступил приказ. Это ведь наши ребята».
Вечером я сидела в спортивном зале школы № 7, рядом с взрослыми людьми, которые называли себя сиротами. Оля и Саша осиротели трижды, когда потеряли трех дочерей. Одну из девочек опознали по «куску мяса и тряпочке» — именно так сказала мне Ольга.
От двух других не осталось ничего. Рядом с супругами сгорбилась бабушка погибших девочек. Женщина пересматривала на телефоне видео со своими внучками. Посмотрит ролик — и в слезы. Успокоится немного, включает следующий. И снова слезы. И так по кругу.
Я запомнила молодого парня в горчичном свитере, который часами наворачивал круги по залу. Был мужчина в тельняшке, которого так накачали успокоительными, что он не мог двинуться с места. Сидел на деревянной лавке и смотрел в одну точку.
Когда приходил в себя, ему приносили чай с печеньем и давали очередную дозу лекарства. Так он и провел день в состоянии овоща. Штаб ни на минуту не покидал седой мужчина: «Мне некуда возвращаться — никого не осталось». Вот так мы все сидели и чего-то ждали. Или кого-то.
Появление пожарных было неожиданным. Один из них начал: «Хотим рассказать, как проводили операцию по спасению». Народ в недоумении переглянулся: «Кого вы спасли?..» Дальше посыпались упреки в адрес спасателей, их требовали призвать к ответу. Пожарный растерялся.
Город-герой Кемерово: трагедия Здоровый мужик с большими плечами растерялся, глаза увлажнились, руки затряслись. В это время отец, потерявший детей, кричал ему в лицо: «Почему вы их не спасли?! Почему?! Почему?! Почему?! Почему?!» Это «почему?!» еще долго эхом проносилось над залом.
А потом началась потасовка. Я думала, что родители погибших разорвут этого пожарного. В итоге они не позволили ему покинуть зал, захлопнули дверь перед носом полицейских и потребовали на ковер главного спасателя. Их требования выполнили. Начальник явился. Через 15 минут беседы он стоял как провинившийся мальчик: «Простите, мы делали что могли».
Эту сцену из сотни журналистов наблюдала только я. Остальные в это время снимали Путина, который находился в двух шагах от школы, где сидели родственники погибших. В школу Путин не зашел. Наверное, ему не сказали, что рядом штаб? Президент возложил цветы у мемориала, где предусмотрительно разогнали народ. И отправился общаться с инициативной группой.
Стихийный мемориал около «Зимней вишни» рос на глазах. И с каждым днем здесь становилось все больше записок: «Простите нас, дети». Но больше всего слов прощения было на похоронах. Родители извинялись перед погибшими детьми за то, что выжили.
Я работала на разных трагедиях. Нервы не сдавали ни разу. В Кемерове все было по-другому. Сейчас я стараюсь не вспоминать день похорон, но если только на миг возвращаюсь в ту церковь, где проходило отпевание, — все, накрывает.
28 марта. Я наобум объезжала кладбища, церкви. Заехала в Троицкий собор. Во дворе храма — люди в черном. Человек 500. У всех в руках — игрушки. Захожу внутрь. Три гроба. Два маленьких, для детей: белый — для девочки, темный — для мальчика. И один стандартный — для их бабушки.
Включаю камеру. Вдруг слышу: «Прости меня, доча» — и протяжный вой. Тут же с другой стороны: «Прости меня, сына» — и снова вой. И уже со всех сторон: «Простите, простите, родные…» Смотрю на священнослужителя, который на миг прерывает молитву: «Простите нас дети, если сможете».

Читать полностью