27 марта на шахте «Красная Шапочка» ночью не выехала на-гора рабочая смена шахтеров – 123 человека остались под землей. В городе заговорили о забастовке на градообразующем предприятии.

Впрочем, начальник пресс-службы ОАО  «СУБР» Галина Шевела, у которой утром этого дня  мы попытались получить какую-либо информацию, ответила:
— Мы это не считаем забастовкой. Это незаконный трудовой конфликт.
— Чего требуют горняки?
— Это мы сейчас и пытаемся выяснить. Люди не поднялись из шахты, не предъявив никаких требований.
— Неожиданно?
— По большому счету, да.
Хотя «неожиданностью» назвать случившееся можно с большой натяжкой. Разве руководство градообразующего  предприятия не было осведомлено, что в трудовой шахтерской среде идут волнения? По шахте  распространялись листовки,  профсоюз безуспешно пытался провести трудовое собрание, но попытки  успехом не увенчались. Так сообщали обратившиеся к нам в редакцию жены тех шахтеров, которым отказывали в праве на проведение собрания. А накануне, еще 25 марта, бессрочную голодовку на шахте начал председатель ОПО НПГ России Валерий Золотарев. Разве это не поводы  для прогнозов к такому развитию ситуации?
Что стало причиной для забастовки шахтеров? – поинтересовались  мы у В. Золотарева.
— Низкая заработная плата и действия работодателя,— сказал он. – Мы пытались провести собрание трудового коллектива, чтобы решить вопрос о проведении конференции трудового коллектива для внесения поправок в колдоговор, но начальник шахты и служба охраны нам препятствовали.
 А когда не перечислили профсоюзу членские взносы за февраль, то это, по словам Валерия Леонидовича, стало последней каплей, которая добила ситуацию и вынудила его объявить голодовку.
Ночную и утреннюю смену в шахту не допустили. Собравшиеся в комбинате горняки начали собрание. Теперь его проведению никто не препятствовал. В это время управляющий директор СУБРа Виктор Радько созвал на совещание руководителей шахт, а затем долго вел разговор с руководителями действующих профсоюзных организаций.
Примечательно, что профсоюзное движение на руднике сегодня расколото. Если в забастовке 2003 года на СУБРе участвовало два профсоюза, то сегодня их четыре. Три из них заявлены как независимые. Возглавило акцию протеста  руководство первичной шахтной организации  НПГ России.
Будут ли лидеры трех других профсоюзов теперь поддерживать требования тех, кто сидит  под землей? Ничего определенного на этот вопрос не могли сказать ни председатель профсоюза горняков Урала Т. Саттаров, ни председатель ГМПР В. Зайцев.
27 марта, 16.00 часов. Через шлагбаум пункта охраны на территорию мятежной шахты проезжают один за другим два больших автобуса. Обычно они привозят на пересменку горняков. Но в этот день автобусы пришли и ушли пустыми. Попытались было и мы пройти на территорию шахты, чтобы получить информацию, что называется, из первых рук, но многочисленные охранники нас тут же остановили. Порядок котролировали не только ведомственная служба охраны СУБРа, но и работники ГАИ – их автомобиль стоял тут же на въезде. Они тормозили подъезжающий транспорт.   Нам оставалось одно – остановить одну из машин, которые нет-нет да и уезжали с шахты с горняками, и взять интервью у самих забастовщиков.
— Да, решили бастовать,— поделились шахтеры. – В комбинате сидят две смены, а одна – под землей. Наши требования – повысить тарифы на 50 процентов, отмена плановых суббот, вернуть «СУБР-строю» районный коэффициент 1,3 вместо 1,2 теперешних, возобновление и дальейшее строительство шахты «Черемуховская-Глубокая» и чтобы не применяли к бастующим репрессивных мер. Но это еще не окончательные требования.
— А куда направляетесь сейчас?
— Сейчас мы решили ехать по другим шахтам, потому что связи нет, телефоны отключены.
Остальные шахты 27 марта продолжали работать.

Надежда ХРОМЫХ.
На фото автора: сменные мастера идут в шахту с «тормозками» и передачами от жен для бастующих.

Газета «Наше слово» № 37,  31 марта 2008 года.

Обращение главы Североуральского городского округа

Уважаемые североуральцы! На градообразующем предприятии продолжает сохраняться сложная обстановка. В настоящее время 99 шахтеров шахты «Красная шапочка» находятся под землей. Руководством предприятия было принято решение приостановить работу СУБРа. Мы выражаем обеспокоенность происходящим и обращаемся к обеим сторонам трудового конфликта — надо принять максимум усилий и сделать все возможное, чтобы разрешить ситуацию в рамках закона. Затянувшийся конфликт может привести к непоправимым последствиям: негативно повлиять на социально-экономическую обстановку в округе и отразиться на  судьбах простых людей.
Дорогие земляки! Мы переживаем сложный момент, и пусть каждый из нас сделает все возможное. Прежде всего необходимо сохранять спокойствие,— руководство СУБРа предпринимает все возможное, чтобы разрешить ситуацию. Со своей стороны мы обязуемся выполнять все возложенные обязательства по обеспечению жизнедеятельности территории.

В. Брежатенко. 30 марта 2008 года.

Газета «Наше слово» № 37, 31 марта 2008 гаода

Тэги: Нет разделов