«Завершившийся» в заявлениях крупных чиновников экономический кризис в России привел к тому, что падение уровня жизни поставило на грань выживания 70% российских семей. Такие данные содержатся в докладе директора Института социальной политики Лилии Овчаровой. Согласно ее расчетам, к более менее нормальной жизни граждане смогут вернуться в лучшем случае примерно лишь к 2024 году.

По оценке ВШЭ, доля населения, у которого есть деньги на что-либо, кроме обязательных расходов на еду, товары первой необходимости и базовые платежи государству, сократилась за 2014–2016 годы на четверть, пишут «Ведомости».
Как отмечается в публикации, половина дохода в таких семьях тратится на базовые потребности (еда, одежда, обязательные платежи: это бюджет выживания, и остальные семьи располагают только им).
Согласно официальным данным, к концу 2016 года реальные доходы населения сократились на 13% к уровню октября 2014 года, зарплаты – на 8%. Число бедных возросло на 3,9 млн человек до 19,8 млн – почти каждого седьмого. Однако на деле ситуация гораздо хуже.
По данным ВТБ24, в городах с населением от 100 000 и более основная часть (39%) населения – люди с доходом до 20 000 рублей в месяц, еще чуть более 35% – от 20 000 до 40 000 рублей: это население с бюджетом выживания. Доходы почти 22% населения – от 30 000–40 000 до 100 000–120 000 рублей, выше лишь у 3,8%.
Эти данные подтверждают и недавние социологические опросы. В частности, мартовский опрос Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ) показал, что за чертой бедности находится порядка 35% жителей России, которым не хватает средств на еду или одежду при пороге заработка на одного члена семьи в 15,5 тысячи рублей.
При этом 65% участников опроса заявили, что в месяц их доход на одного члена семьи составляет 15 тысяч рублей и ниже. При этом из них 42% сказали, что их доход – 10 тысяч рублей на человека и ниже.
При реализации популярных нынче в правительстве РФ предложений по «переключению» экономики на новый источник роста за счет инвестиций, что требует повышения прибыли предприятий при сдерживании роста зарплат, максимум, что может произойти с доходами и потреблением населения – их инерционное восстановление до докризисного уровня.
В этой ситуации расчеты правительства и Стратегия-2035, которую готовит Центр стратегических разработок (ЦСР) во главе с бывшим главой Минфина РФ Алексеем Кудриным, не имеют отношения к реальности.
В частности, план Кудрина предполагает, что 2020–2026 годы будут этапом быстрого роста инвестиций, которые станут основным источником экономического роста: потребление будет расти примерно теми же темпами, что и ВВП (около 4%), а инвестиции – в 1,5 раза быстрее.
Согласно ожиданиям, за этот период экономика накопит достаточный запас конкурентоспособности и производительности для продолжения роста темпом выше среднемирового до 2035 года. Похожая гипотеза закладывается Минэкономразвития и Минфином в налоговый маневр, высвобождающий прибыль предприятий как источник инвестиций за счет снижения нагрузки на оплату труда, отмечает «Финмаркет».
Между тем, как пояснила Овчарова, инвестиции должны приводить к созданию рабочих мест, что ведет к росту зарплат, рост зарплат – к повышению спроса, для удовлетворения которого создаются новые рабочие места. Если в этой цепочке задушить рост зарплат, мотивируя это необходимостью модернизации, то мультипликативного эффекта может и не быть. Кроме того, пока рост прибыли не приводил ни к росту инвестиций, ни к созданию новых рабочих мест, и роста производительности труда, на который делается ставка, без роста зарплат не бывает.
Ряд обсуждаемых реформ ориентирован на то, что Россия – страна со стандартами жизни среднего класса, но это не так, считает Овчарова. По ее оценке, надеяться на постиндустриальную модель развития, когда население финансирует развитие социальных сфер за счет своих доходов, не приходится.
Но в нынешней ситуации правительственные реформы ведут именно к тому, что граждан, которые в результате кризиса потеряли доходы, лишают господдержки и вынуждают еще тратить средства на медицину и образование.