Аdmin

«Прошу слова!» — под этой рубрикой должна была выйти статья, которую вы сейчас прочитаете. Но не вышла. Высочайшим велением редактора газеты Североуральского городского округа «Наше слово» О. А. Калинки она не была допущена к публикации, ибо цензор посчитал, что она вредна для читателей и может нанести вред несокрушимому монстру эпохи — Объединённой компании РУСАЛ. Автор статьи, датированной 7 мая 2008 года, корреспондент газеты Михаил Секерин передал её нам в понедельник 19 мая. Вам судить, читатель, сколько в ней содержится «вредного», но актуальности она не потеряла.

Трудовой конфликт на СУБРе перешел в более спокойное русло. Впереди – принятие Коллективного договора. Возмутителей порядка гоняют по медицинским кабинетам и заставляют зубрить правила техники безопасности – чтоб впредь неповадно было бузить. Остальные горняки СУБРа, получив три недели отдыха с оплатой двух третей заработка, вновь приступили к прерванной по приказу директора работе. Журналистам муниципальной газеты разрешили подвести итоги с неуверенным обещанием напечатать их материал на страницах своего издания, наверное, под влиянием высказывания нового президента страны, который огласил два основных требования к СМИ: «Говорить правду и нести ответственность за сказанное». Правда РУСАЛа добросовестно и совершенно бескорыстно освещалась в «Нашем Слове», теперь настала пора высказать и другие мнения.
Характерной чертой данной забастовки является та, что лозунг: «надо начать работать!» так настойчиво звучал от имени администрации городского округа, недавно избранной городской Думы, ОК «РУСАЛ», местного отделения партии «Единая Россия», что невольно возникал вопрос: «Кто же все-таки призывает не работать?». В требованиях шахтеров «Красной Шапочки», пункта «не работать», насколько мне известно, не было. (Пусть простит читатель такую оговорку – критика горняцких требований была опубликована, а сами требования – нет. Получилось как в старые  и не во всем добрые времена: «Лично я Пастернака не читал, но его стихи никуда не годятся»). Восстанавливая справедливость, следует подчеркнуть, что бастующие и голодующие шахтеры тоже призывали к работе, но при достойной, увеличенной на 50%, заработной плате.  Не надо ходить к гадалке, чтобы предсказать, что любой работодатель в любой точке мира назовет такое требование чрезмерным. РУСАЛ заявил, что требование повышения зарплаты на 50% является шантажом.
Сами работники «Красной Шапочки» считали иначе. Добрый десяток шахтеров говорили мне, что за последние три месяца перед  забастовкой зарплата у них была значительно ниже, чем обычно. Начальник отдела труда и зарплаты СУБРа Сергей Монстаков подтвердил, что горняки «Красной Шапочки» потеряли в деньгах «за недоработанные смены» около 20%, отработав в марте только 17 дней. При этом работодатель считает, что должен оплачивать простой в 2/3 оклада, тогда как некоторые юристы настаивают на том, что правильно оплачивать 2/3 от среднего заработка. Разница – существенная. Таким образом, вполне объективный повод для недовольства у шахтеров был. Обостряли обстановку и разговоры о чудовищно высокой разнице в зарплате между первыми руководителями СУБРа и проходчиками. Но, думается, основная причина забастовки – в несовершенной системе оплаты труда.
Что происходило с зарплатой всего СУБРа в 2007 году?  По сравнению с 2006-м она увеличилась на 15%. При этом рост цен на основные социально-значимые продовольственные товары за тот же период увеличился, по официальным данным, на 20%. В 2008 году планировали увеличить зарплату только на 10% — на величину прогнозируемой инфляции. РУСАЛ настаивает, что единственным средством повышения зарплаты является рост производительности труда. Такое заявление должно послужить основанием для соглашения в непростом переговорном процессе. Объем отгруженных бокситов в 2007 году составил 143% по сравнению с 2006 годом. Увеличение зарплаты на величину темпа роста добычи боксита – на 43%, выглядит более обоснованным, чем требование, основанное на цифрах, взятых «с потолка». Я думаю, что депутатам городской Думы интересно было бы точно узнать на сколько миллионов рублей увеличится при этом бюджет нашего североуральского округа и поддержать требования горняков. Можно грубо прикинуть, что если, как утверждают специалисты городской администрации, за время забастовки (то есть из-за уменьшения зарплаты горняков на 33%) местный бюджет недополучит 5 миллионов рублей, то ее увеличение на 43% за год даст более 60 миллионов рублей. На такие деньги столько наказов избирателей можно выполнить! И ремонт бассейна закончить, и медицинское оборудование к строящейся медсанчасти прикупить… Несомненно, городской Думе, администрации надо помочь горнякам экономически обосновать свои требования, а то, ко всему прочему, у обывателя может сложиться превратное представление о том, что депутаты обслуживают не интересы избирателя, и даже не интересы города, а интересы крупного частного капитала. Можно сочувствовать стремлению РУСАЛа прикупить четверть акций Северникеля стоимостью десятки миллиардов долларов. Но ведь есть и интересы черемуховцев, которые хотят ходить в закрытый сейчас на капремонт клуб, тоже надо кому-то отстаивать.
Заработная плата – это не единственная, и даже не главная проблема, которую подняла забастовка. Как-то вдруг выяснилось, что по существу СУБР РУСАЛу не нужен – якобы дешевле возить руду из-за границы. Таким образом, заверения руководства города и СУБРа о том, что в ближайшие 30 лет город будет стабильно жить и развиваться, оказались под сомнением. Рентабелен СУБР или нет?  Ответ на этот вопрос принципиален. Надо бы приоткрыть завесу коммерческой тайны. Как минимум для того, чтобы (если вдруг каким-то образом предприятие, за последний год добившееся увеличения добычи боксита на 43%, стало убыточным), биться не над проблемой ремонтов клубов и бассейнов, а над вопросам трудоустройства 6 тысяч горняков. Как максимум – для принятия закона, не позволяющего частные интересы крупного капитала ставить выше общественных интересов стабильной жизни 50-ти тысячного города.

Михаил СЕКЕРИН.

Тэги: Нет разделов