Министр труда и социальной защиты РФ Максим Топилин сообщил, что в недрах его ведомства кипит работа над изменением содержания потребительской корзины россиян. Напомним, что корзина эта — не что иное, как минимальный набор продуктов питания, непродовольственных товаров и услуг, необходимых для существования человека.

{hsimage}Вкусы населения и тренды на рынках с годами меняются — соответственно, закон предполагает, что содержимое корзины раз в пять лет должно быть скорректировано. Очередное пятилетие заканчивается в этом году, новые показатели вступят в силу с 1 января 2018 года, а значит, закон об изменениях должен быть готов по крайней мере к осенней сессии Госдумы.
Большинство независимых экспертов считают, что потребительская корзина в России очень куцая и ее надо увеличить. Это косвенно признал и министр, не забыв при этом оговориться, что «есть определенные расчеты», «процесс достаточно тяжелый» и «закон не говорит о серьезном увеличении».
Тем не менее в Минтруда обещают, что в новой потребительской корзине будут учтены последние рекомендации Минздрава по рациональным нормам потребления пищевых продуктов, которые отвечают требованиям здорового питания. Ожидается, что в корзинке заметно прибавится (на 10–30%) овощей, мяса, рыбных и молочных продуктов. Примерно на столько же сократятся нормы мучных продуктов, картофеля и круп.
На первый взгляд смотрится все очень здраво — вперед к вкусной и здоровой пище от вредной и жирной. Да и в денежном выражении корзинка явно потяжелеет, поскольку в среднем те продукты, нормы по которым предполагается увеличить, стоят заметно дороже, чем те, потребление которых предлагается сократить. Эксперты уже подсчитали, что при тех предполагаемых новых нормах, что «утекли» из Минтруда, и нынешних средних ценах корзина подорожает на 15–20%.
А денежная оценка потребительской корзины чрезвычайно важна. Ведь она используется для расчета прожиточного минимума в стране. Последний, напомним, обнародуется правительством раз в квартал, причем считается задним числом.
На сегодня, скажем, действуют цифры, подсчитанные Росстатом по итогам III квартала 2016 года. Для каждого региона они свои, но в среднем по России прожиточный минимум составляет 9889 рублей, для работающего населения — 10 678, для детей — 9666, для пенсионеров — 8136 рублей.
Не будем задаваться риторическим вопросом: как можно прожить на 8–10 тысяч в месяц? Отметим, что для конкретных людей и семей эти цифры важны, потому что, исходя из них, власти на местах определяют малоимущих, которым положены от государства социальные пособия. Ну а государство с помощью прожиточного минимума определяет ту самую черту, за которой лежит уровень бедности в стране.
И вот тут-то и возникает закавыка, заставляющая усомниться в том, что потребительскую корзину как-то серьезно перетряхнут в пользу ее увеличения. Точнее, таких «закавык» целых две — экономическая и политическая.
Первая связана с тем, что бюджет у нас, как известно, дефицитный и лишних денег в нем на дополнительные выплаты неимущим (которые неизбежно появятся при увеличении размера прожиточного минимума) попросту нет. Отсюда велик соблазн для правительства не трогать корзину и не раздувать соответствующую статью расходов бюджета. Но допустим, что российская экономика, как предполагает большинство прогнозов, в этом году начнет расти и дополнительные деньги в бюджете появятся.
Тут-то возникает «закавыка» номер два — политическая. Речь идет о количестве бедных в стране — то есть тех, кто живет за чертой бедности, определяемой с помощью потребительской корзины. В середине прошлого года их насчитывалось в стране без малого 23 миллиона — почитай, целое государство «нищих», причем не самое маленькое. К концу года Росстат выдал цифру поменьше — 20,3 миллиона. Но это все равно порядка 15% всего населения России. Но если корзину взять и «утяжелить» на 15–20%, то прожиточный минимум, соответственно, подрастет — и за чертой бедности окажутся новые миллионы наших сограждан. Сколько именно? По прикидкам ученых из РАНХиГС, в нищету может скатиться чуть ли не треть населения страны.
А ведь 2018 год — тот самый, с которого и введут в действие новую корзину — не простой. Это год выборов президента Российской Федерации. Вряд ли главный претендент на этот пост захочет идти на выборы с таким сомнительным предвыборным «багажом», как 30–40 миллионов неимущих в возглавляемом им государстве.
Поэтому есть подозрение, что наполнение потребительской корзины подождет до лучших времен, а изменения в ней, если и будут, то только косметического характера — чтобы статистику не портить.