Краеведы утверждают, что нынешний февраль забрал погоду у марта. Солнечные теплые дни нашептывали, что пора покорять себя, километры, реки, горы. Перед выходом на маршрут нашу маленькую группу интересовало — как поведет себя снег? От этого зависело, сможем ли мы, слегка разогревшись, прокатить полтора десятка километров или же обессиленные свалимся с ног после первого же километра тропления.

{hsimage}Предвидеть то, что уже на подъезде к маршруту сразу после Кальи застрявший лесовоз перегородит дорогу, мы не могли. Можно было попытаться выскочить на Кривинскую дорогу через Баяновку, но повстречавшийся охотник предостерег нас от неверного шага: своротка, позволявшая обойти многотонное препятствие, не была прочищена от рекордного в этом году снега.
Мы могли перенести путешествие на неопределенный срок и дождаться, когда лесорубы пригонят «хапало», чтобы погрузчиком разгрузить бревна на обочину или же отбуксируют «Урал» с помощью трелевочного трактора. Но мы сделали ставку на наш главный козырь – снегоход.
Он был один на троих, а значит, кому-то из нас надо было располагаться вместе с рюкзаками в «корыте» или вставать на лыжи, брать в руки буксировочную веревку и километров 30 лететь по жесткой накатанной дороге.
Скорость крутого спуска (в среднем 30 километров в час по спидометру), жесткий ветер со снегом навстречу, напряжение в ногах и отчаянное желание во что бы то ни стало удержаться – вот ощущения лыжника, транспортируемого снегоходом.
Подъезд – это прелюдия к походу. Для нас передвижение на лыжах началось от реки Сосьва. Первое удивление – над рекой висели  два каната. То есть, с недавних пор можно преодолевать реку, не замочив ног. Во время половодья весной и летом после дождей это очень важно. В последний раз чуть больше года назад мы переходили реку по огромной удачно свалившейся ели, но прошлой весной дерево унесло.
Теперь стало актуальным осваивать технику преодоления водной преграды с помощью обвязки и карабинов. Еще одна радость – снег «держал». У нас было три пары лыж категории «туристические». Они гораздо шире беговых (гоночных) и гораздо уже охотничьих. Все лыжи были пластиковые, но каждая пара отличалась друг от друга.
Одну пару, чтобы не было «отдачи», мы мазали лыжной мазью «держания», другая имела фирменные насечки, а на третью пару была прикручена саморезами узкая кисовая полоска (кисы – лосиная шкура с голени, которой охотники обшивают себе лыжи).
К моему очередному удивлению, искусственные насечки  работали не хуже, чем кисы. Технологическая новинка обеспечивала уверенный подъем в не очень крутую горку как по лыжне, так и по целине. Зато вниз эти лыжи скользили заметно лучше, чем подбитые лосиным мехом.
Оставив снегоход, шагаем к знаменитой избушке оленеводов. Затески, обозначающие направление просеки, вначале виднелись на уровне снега. Чем ближе горы, тем ниже спускаются зарубки и, наконец, совсем исчезают под снежным покровом. Обходя очередное препятствие, понимаем, что снова встать на просеку только с помощью компаса у нас не получится.
И тогда наш капитан достает из кармана второй козырь. С помощью навороченного мобильника он определят место на карте, сообщает, где и в скольких метрах находится просека, и сколько километров осталось прошагать до избы. Совсем недавно, лет десять назад, это было просто фантастикой, а теперь любой серьезный путешественник или охотник не мыслит свое передвижение без аналогичного приборчика.
{hsimage}Чудеса техники остаются чудесами, а избушку надо топить дровами, как и много столетий назад. И четвертым удивлением похода стал весьма солидный (суток на трое) запас дров. Об избушке стоит рассказать чуть подробнее. Знающие люди полтора года назад праздновали 45-летие этого сооружения.
Накануне юбилея в журнале появилась такая запись: «Как здорово, что есть эта избушка. Убежище от дождя, комаров, можно высушить вещи. Нас пять человек, ходили по горам среди тумана, ничего не видно. Жутко устала, все болит. Привет из Казани…».
Бывалый турист не поленился написать целую историческую справку, датированную 10 августа 2014 года: «Здравствуйте, люди! Спасибо тем, кого приняла изба «Ходовая», за дружелюбное, хозяйское к ней отношение.

А вот построили ее работники бывшего госпромхоза «Денежкин Камень» – манси Хозяиновы для перегона стада оленей с хребта Кваркуш в поселок Сольва. В избе и шкуры оленьи в те времена можно было увидеть. Нынче избе 45 лет. Добра и долгие лета тебе, изба. Радовать теплом и уютом идущих за туманом и за запахом тайги».
Позже в тетради оставили свою запись и те, кто взял на себя труд поддерживать избу в рабочем состоянии. Из текста следует, что скромные труженики сменили уже пять печек. Действительно, железная печурка, сердце избушки, находится в приличном состоянии: дверца открывается, труба не дымит, бока не прогорели. К сожалению, первые два часа после того, как была растоплена печь, с потолка капало.
Последняя группа, которая, судя по записи, была здесь в октябре прошлого года, плотно прикрыла за собой дверь и изба не проветривалась. Насколько я заметил, охотники редко закрывают дверь таежных избушек, они оставляют их слегка приоткрытыми, фиксируя положение двери с двух сторон. А у нашей избы стены покрылись инеем, который вначале растаял, и потребовалось время, чтобы стены и потолок просохли.
Пятое удивление было дежурным. Многие люди не устают удивляться красоте горного пейзажа, и острота переживания от созерцания удивительного творения природы не притупляется раз от раза.
На обратном пути мы заглянули на турбазу «Кривинская». Для этого поднялись вверх по Сосьве километров на пять. Движение по реке – древний способ преодоления расстояний. Дополнительные ощущения придает реальная возможность провалиться под лед, а чаще под снег. Это не так опасно, как можно себе представить, хотя никогда не знаешь, что ждет тебя – сантиметровая мелкота веселого переката или метровая глубина сильного течения.
На базе работал бульдозер – прочищал дорогу до «крестов». Бульдозерист Виктор оставил рычаги гусеничной техники, напоил чаем случайных гостей и пригласил заглядывать почаще. От уютных домиков в горы натоптан снегоходный путик, это означает, что до гольцов можно добраться не только на лыжах, но и пешком.