О заповеднике «Денежкин Камень» в последнее время немало писали в городских газетах. В статье С. Петрова, опубликованной в 8-м номере «Североуральской недели», справедливо замечено, что из охраняемого заповедного уголка должны проистекать чистые и благостные чувства и мысли. Но это только должны…

С момента организации спортивно-охотничьего хозяйства «Крив» прошло три с половиной года. За это время волею судьбы нам много раз доводилось общаться с работниками заповедника, дежурившими на кордоне, расположенном в охранной зоне вблизи устья реки Крив, то есть с нашими соседями. Во-первых, потому, что северная граница охотхозяйства примыкает к охранной зоне заповедника и мы всегда с уважением относились к нашему северному соседу, соблюдая суверенитет и целостность границ. Во-вторых, дорога, ведущая на Крив, одна, и пользуются ею все – охотники, рыбаки, туристы, и мы, и заповедник. Будучи добрыми соседями, мы не раз протягивали своим соседям руку помощи. В трудные зимние периоды, когда охранникам из заповедника добраться до кордона было сложно, мы попутно завозили их на дежурство и вывозили домой. В общении с работниками заповедника всякое приходилось слышать о том, что происходит в «Денежкином Камне», но слова есть слова, да и политика руководства заповедника нас особо не интересовала. К тому же мы привыкли опираться только на реальные факты, которые, как говорится, вещь упрямая.
Но перемены, происходившие в заповеднике, не могли остаться незамеченными. После введения новых методов в систему охраны заповедника по каким-то причинам не стали дежурить на кривинском кордоне А. Крапивин и Т. Файзуллаева, долгое время поддерживавшие порядок на своем участке. На кордоне время от времени стали появляться новые люди из службы охраны заповедника, что не могла не заметить наша егерская служба, так же как и то, что появились нарушители правил охоты из числа этих людей. Сначала на территории охотхозяйства «Крив» егерской службой был задержан инспектор заповедника Клыков Р. С. с заряженным ружьём и без каких-либо документов на право нахождения с оружием на территории хозяйства. По данному факту составлен административный материал. А затем произошло событие, которое повергло в шок даже видавших виды егерей и представителя лесхоза. На кордоне в охранной зоне заповедника были обнаружены продукция охоты и фотографии, датированные 5-м и 6-м мая 2007 года. На этих снимках — сотрудник заповедника Потапёнок Г. А.: на одном возле служебного УАЗика с ружьём на плече, держащий в руках убитого глухаря, на другом он — возле трёх убитых глухарей и двух тетеревов. Необходимое уточнение: на тот момент Г. А. Потапёнок исполнял обязанности начальника охраны заповедника «Денежкин Камень».

А теперь о богатой добыче, которую вы видите на снимке. Весенняя охота в 2007 году на глухарей и тетеревов на току в спортивно-охотничьем хозяйстве «Крив» не открывалась. В угодьях общего пользования и на территории городского общества охотников и рыболовов охоту открывали, но ни там, ни там никто из сотрудников заповедника разрешительный документ не получал, тогда как при охоте на глухаря и тетерева требуется иметь лицензию на отстрел каждой птицы. Арифметика получается простая…
Материалы по факту браконьерства были переданы в североуральскую районную охотинспекцию, а оттуда – в областное управление «Россельхознадзора», где также вызвали шок. В районную охотинспекцию были приглашены бывший начальник охраны заповедника Г. А. Потапёнок и теперешний начальник охраны В. В. Берлинский. Тот факт, что на снимках с браконьерской добычей именно он, Потапёнок не отрицал, но заявил, что он только сфотографировался с убитыми птицами, а добыл глухарей и тетеревов не он, а якобы инспектор охраны Клыков Р. С. «Мы все фотографировались с этими птицами: я – их, они – меня». И Потапёнок, и Берлинский не отрицали, что глухари и тетерева были добыты браконьерски. А вот вопрос, на какой территории (охотхозяйства «Крив» или в охранной зоне заповедника), на тот момент оставался открытым. В. В. Берлинский заявил, что по данному факту в заповеднике проводится внутреннее расследование.
В этой истории поражает то, что Потапёнок Г. А., являясь на тот момент начальником охраны заповедника, не только не попытался пресечь браконьерство (если это не он отстрелял птиц), а наоборот, с удовольствием позировал перед фотообъективом с незаконной продукцией охоты. А ведь до переезда в Североуральск он работал в Качканарском охотнадзоре и правила охоты на территории Свердловской области должен знать как «отче наш».
В заключение хочу сказать, что за три с половиной года у нас ни разу не возникало серьёзных претензий к заповеднику. Но выявленные факты браконьерства, исходящего от тех его сотрудников, которые по долгу службы обязаны заповедную территорию охранять, заставляют пересмотреть позицию добрососедства. После этого начинаешь понимать, почему все чаще на разных уровнях звучит вопрос: «Что происходит в заповеднике?».